cat-right
Достопримечательности мира     |     Остров коневец

Петербург и молодежная контркультура 1970-1990-х годов

На первый взгляд может показаться неправомерным рассмотрение объектов, связанных с молодежной контркультурой в рамках сакральной тематики. Но необходимо учитывать, что понятие сакрального предполагает, прежде всего, повышенную ценность, священность того или иного объекта для определенной группы людей. Для исповедующих ту или иную религию сакральными являются божественные реликвии, храмы,иконы, особые природные объекты. Для принадлежащих к некоему народу сакральными являются исторические реликвии, свидетельства доблести национальных героев, символы государственности. Для живущих на общей территории сакральны образы отцов-основателей, символы, связанные с прославленными предками, местные исторические и природные достопримечательности .

К этому же ряду сообществ разного масштаба можно отнести социальные группы, объединенные по наличию тех или иных идеологических установок. В качестве примера такого сообщества можно рассмотреть молодежную контркультуру, существовавшую в России в 1970-1990-х годах.

Во всем мире молодежная контркультура (наиболее яркими представителями которой служили битники и хинпи) в период своего возникновения в 1960-1970-х голах воспринималась как нечто большее, нежели досуговое объединение по интересам. Контркультура претендовала на создание новой системы ценностей, альтернативных ценностям официальным — более высокое значение придавалось категориям любви, свободы, миролюбия, богоискательства.

В Советском Союзе идеологическая составляющая контркультуры проявлялась еще более контрастно, чем на Западе: социалистический строй предполагал более жесткий контроль за всеми видами общественной жизни и крайнюю степень нетерпимости по отношению ко всему, выходящему за рамки официальных ценностей. Вследствие этого даже самые обыденные вещи (одежда, манеры поведения, музыкальный стиль) приобретали идеологическую окраску.

Несомненно, образы контркультуры многими ее носителями воспринимались как нечто особенное, непрофанное, сакральное (характерна фраза из песни, где с пафосом говорилось о слепой вере в рок-н-ролл). При этом стоит учитывать и определенные психологические предпосылки: в любом сообществе, объединенном пол знаком тех или иных идей, существуют как люди, способные объективно, отстранение воспринимать себя и собственное окружение, так и люди, абсолютизирующие организующую идею, возводящие ее в ранг культа. Не стоит забывать: юноши и девушки, включенные в молодежную субкультуру, ввиду своего возраста обладают особым восприятием, предполагающим максимализм и особую остроту, новизну ощущений.

Механизм возникновения пространства молодежной субкультуры стоит рассматривать как частный случай формирования сакрального пространства. Если проанализироьать географию особых мест, связанных с советской молодежной контркультурой, то обнаруживается еще больше совпадений. Как будет показано ниже, петербургские адреса, включенные в пространство контркультуры, имеют множество черт, позволяющих объединить их в единый типологический ряд с сакральными объектами различных религий.

Так, обращает на себя внимание специфическая мистика, окружающая особые места молодежной субкультуры: им приписывается специфическая энергетика, волшебные свойства. Подчеркивается связь с инфернальным миром (например, через легенды о вымышленных самоубийствах или о неусыпном оке КГБ). Показательна типичная для всех мировых традиций трактовка особого места как центра мира (Ротонда). Многие из особых географических объектов контркультуры имеют отношение к отцам-основателям, знаковым личностям — это адреса, связанные с жизнью и деятельностью ведущих рок-музыкантов, захоронения и стены памяти. Творчество (например, исполнение и прослушивание музыки) в особых местах сродни молитвенному священнодействию (всегда подчеркивались искренность и непосредственность неформального искусства в сравнении с искусством официальным). Особые объекты, как и религиозные святыни, в обыденной практике служат местом общественной коммуникации (общения), а также выступают как символы, связанные с самоидентификацией. Посещение их — сродни паломничеству (причем совершивший паломничество иногда получает повышенный статус в глазах других членов группы). Ряд объектов (коммуна на Пушкинской, традиционные места лагерей на природе) имеют черты идиллического рая — особенной области, где процветают творчество и братство.

Санкт-Петербург (советский Ленинград) является более чем показательным примером для рассмотрения сакральных явлений подобного типа — он был одним из центров советской молодежной субкультуры. Формуле Ленинград — колыбель революции неформальная молодежь противопоставила формулу Ленинград — колыбель русского рока. По оценкам (возможно, предвзятым) участников тогдашних событий, Ленинград 1970-х годов был покруче Амстердама. По крайней мере, на общем советском фоне рок-н-роллная молодежь, действительно, производила очень яркое, экзотическое впечатление.

Большую важность для молодежи имеет общение и поэтому одним из наиболее важных мест в молодежном сакральном пространстве являются места тусовок.

Наиболее знаменитой тусовкой Ленинграда был воспетый в стихах и прозе Сайгон — кафе на углу Невского и Владимирского проспектов. С конца 1960-х годов столики Сайгона являлись местом встреч молодежи, относящейся к андеграунду. До второй половины 1980-х годов, когда кафе было закрыто, здесь сменилось несколько поколений неформалов. Одна из местных легенд гласила, что тусовку в Сайгоне держит под контролем КБГ: зеркало в кафе на самом деле было окном, ведущим в специальную комнату, и сотрудник КГБ фиксировал всех, кто в это зеркало заглядывал. После закрытия кафе (в настоящее время это музыкальный магазин) тусовщики переместились в другие заведения, в частности, в Гастрит.

Ротонда — подъезд дома на углу Гороховой улицы и набережной Фонтанки, круглый в плане, с винтовой лестницей, ведущей на галерею, где расположены обычные жилые квартиры. Другое название Ротонды — Центр мироздания.

Особого разговора заслуживают надписи, покрывавшие стены подъезда (так же как стены других культовых мест). По негласному правилу, здесь нельзя было писать банальности: на стенах присутствуют изречения, стихи, личная переписка, рисунки. Фактически совокупность собранных надписей являлась концептуальным литературным произведением, отображающим дух субкультуры того времени. Стены Ротонды были покрыты граффити очень густо. За время существования тусовки (примерно с середины 1970-х годов) стены неоднократно красились и вновь покрывались надписями (так сказать, делался новый выпуск).

С Ротондой связана определенная мифология: говорили о том, что здесь особая энергетика , рассказывали истории о чудесных случаях. В частности, как мистическое место указывалась верхняя площадка лестницы (которая, кстати, называлась лестницей в небо). Ходили слухи о самоубийцах, вешавшихся под куполом Ротонды (что вряд ли возможно). Бытовало мнение, что на стенах Ротонды следует оставить надпись тому, кто несчастен в любви.

В 1970-е годы популярным местом тусовки была уединенная северная лестница Михайловского замка. Здесь впервые выступали перед публикой некоторые известные ныне рок-музыканты. Среди тусовочных мест Петербурга.можно назвать колоннаду Казанского собора (Казань), переход под Невским около Гостиного двора (Трубу) и т. д.

Одной из вдохновляющих и организующих сил неформальной молодежной культуры была рок-музыка. Соответственно, в число почитаемых объектов города были включены концертные помещения и места, связанные с жизнью известных музыкантов.

В начале 1980-х годов на улице Рубинштейна (дом 13) был организован Ленинградский рок-клуб — объединение андеграундных музыкальных коллективов. Рок-клуб как центр бурной общественной жизни просуществовал до времен, когда, согласно новым экономическим условиям, у групп появилась возможность выступать самостоятельно.

Исторической достопримечательностью является Камчатка — поныне существующая кочегарка на Петроградской стороне (улица Бдо-хина, дом 15). Здесь работали Виктор Цой и Александр Башлачев. По тем временам в андеграундной богеме считалось приемлемым и даже модным трудиться на определенных низкооплачиваемых работах: немного позднее Борис Гребенщиков назвал своих сверстников поколением дворников и сторожей.

Квартира Бориса Гребенщикова в доме на Малой Конюшенной также входила в число неформальных достопримечательностей. Согласно распространенному мнению, именно Аквариум был родоначальником такого сугубо советского явления, как квартирные концерты (на которые приходило немыслимое количество слушателей). Посещение квартиры на Малой Конюшенной иногда включало и прогулку по крыше этого же дома: до начала 1990-х годов редкие чердаки запирались — и городские крыши были привычным местом для романтического времяпрепровождения. В исписанном фанатскими граффити подъезде Бориса Гребенщикова часто можно было застать неформальных экскурсантов. Видимо, Владимир Шинкарев в книге Митьки не на пустом месте описывает агрессивное поведение поклонников, желающих выпить с Гребенщиковым: по тексту, они хватают его, неосторожно вышедшего с мусорным ведром, за горло и силой вливают в рот самогон; затем, бросив полуживого поэта, поклонники зубоскалят, спускаются по лестнице довольные — выпили все-таки с Гребенщиковым! Последняя фраза Шинка-рева довольно метко формулирует мотивы поклонников при посещении ими культового подъезда: они стремятся приобщиться к сакральному центру рок-культуры (Борис Гребенщиков — один из ее духовных лидеров) и повысить свой статус в рамках рок-сообщества (получить возможность утверждать, что нажрался с Гребенщиковым),

Еще один культовый адрес — лом 10 по Пушкинской улице. В конце 1980-х годов этот дом, пустующий и полуразрушенный, был захвачен художниками. Коммуна в своем апдеграундном виде просуществовала до конца 1990-х; в доме не было воды, газа, электричества и отопления, зато работали мастерские, издательства, изостудии, помещения для репетиций и ночлежка. Коммуна существует и сейчас, хотя и в несколько реорганизованном виде; на настоящий момент на Пушкинской, 10 живут художники, работает несколько галерей, музей, рок-кафе и т. д.

Годы идут и, согласно песне, рок-н-ролл отпускает своих солдат домой. Среди культовых объектов питерской рок-культуры оказывается все больше могил известных музыкантов. На Богословском кладбище похоронен Виктор Цой; после его гибели в августе 1990 года в течение почти полутора лет возле кладбища жили в палатках поклонники группы Кино со всего Советского Союза. В Комарово находятся могилы Александра Башла-чева, Михаила (Майка) Науменко и Сергея Курехина.

Рассмотренные здесь сакральные точки Петербурга-Ленинграда являются лишь частным случаем таких же структур на всем пространстве Советского Союза. В каждом городе, где существовали неформалы, было, по меньшей мере, одно место, аналогичное питерским тусовкам. В 1970-х годах наиболее известным местом тусовки московских хиппи был сквер с памятником М. В. Ломоносову у фасада МГУ на Моховой (Психодром). Впоследствии основное место сбора переместилось на Большие Гоголя (стоячий советский памятник Н. В. Гоголю на Арбатской площади) и Малые Гоголя (старый, сидячий памятник на этой же площади, во дворе дома, в котором умер Н. В. Гоголь). В Киеве местами тусовки были Стекло (кафе на Кре-щатике напротив площади Независимости), Б. Ж. (кафе на Большой Житомирской улице) и др.; в Таллине — площадь около Ратуши и т. д. Путешествующий молодой человек, приехав в незнакомый город и придя на тусовку, мог обрести ночлег и помощь; места тусовок в разных городах страны как бы объединялись в единую сеть, в рамках которой можно было существовать, пользуясь помощью и поддержкой неформалов. Также существовали особые места, из года в год служащие местом сбора неформального народа. В Прибалтике таким местом были берега реки Гауи, в Крыму — Коктебель, Рыбачье, пещерные города близ Бахчисарая, под Анапой — мыс Утреш.

Неспешные путешествия, которые юноши и девушки, принадлежавшие к контркультуре, совершали, перемещаясь из города в город, посещая тусовки, лагеря и специфические достопримечательности, вполне можно сравнить с традиционным религиозным паломничеством (но только в несколько ином культурном антураже).

Свое сакральное пространство организуют не только представители рассмотренной нами петербургской рок-тусовки — любая молодежная субкультура склонна к тому, чтобы создавать собственное пространство, включающее места для общения, места, связанные с групповыми интересами, места, связанные со знаковыми личностями.

В последние годы одним из молодежных центров Петербурга становится Марсово поле; интересно проследить, какие именно факторы влияют на то, что именно это место выбирается молодыми петербуржцами для общения. Прежде всего, Марсово поле находится в центре города, до него легко добраться. Это место романтично: с одной стороны к нему примыкает Летний сад; специфическим штрихом к восприятию пространства является находящийся здесь Мемориал в честь Борцов революции. На Марсовом поле всегда много студентов, так как поблизости находится несколько вузов. Здесь нет жилых домов. Все тусовщики отмечают важность наличия Вечного огня (не возбраняется придвигать к нему скамейки). Марсово поле защищено от пронизывающих ветров с Балтики (что само по себе достаточно ценно для Петербурга). И еще одна исключительно питерекая деталь — юноше или девушке, опоздавшим на разведение мостов, удобно скоротать ночь именно здесь — Марсово поле для этого территориально близко. Несколько факторов, объединившись, позволяют использовать эту площадь в центре Петербурга как место притяжения для многих молодых людей, в силу своего возраста желающих общения. Место все больше воспринимается как значимое, как сакральное; в частности, в последнее время Марсово поле вес чаще посещается молодоженами.