cat-right
Достопримечательности мира     |     Бурхан-халдун

Сакральная география Монголии

Монголия не имеет сакральных объектов мирового уровня, но богата ими на национальном уровне. В целом вся ландшафтная среда, прежде всего степь, воспринималась монгольскими народами как священная родина. Поверхность земли ассоциировалась с телом богини Этуген, поэтому запрещалось причинять ей боль пахотой. Сакральность окружающей среды усиливалась еще и тем, что все без исключения реки, горы, озера, леса и т. д. имели покровительствующего им духа — так называемого хозяина, и этих духов, в общей сложности, было неисчислимое множество. Прежде чем охотиться или рубить дерево, полагалось испросить их разрешение. По всей Монголии на горных вершинах, у перевалов, источников и в прочих чем-либо примечательных местах для чествования местных духов-хозяев сооружались обо — кучи камней с воткнутыми ветками, куда в качестве подношений духам бросали камень, монету, патрон, сничку и т. д. Вокруг обо совершали троекратный обход посолонь. Этот обычай жив и сейчас.

Каждое племя владело своей родовой горой . Люди верили, что их первонредки спустились с Неба на гору и положили начало роду, а после смерти, став духами, остались населять горную вершину. Поэтому все родовые горы были сакральными. На них совершали жертвоприношения предкам, там же, на южных склонах, устраивали кладбища. Правителей и прочих знатных лиц хоронили высоко в горах, чтобы они были ближе к Небу. Как и во многих других культурах, у монголов имелось представление о горе как оси мира, соединяющей Небо и Землю. Ханские могилы тоже выполняли эту функцию.

Определенные элементы географической среды, чем-либо выделяющиеся и обросшие легендами: горы (например, Бурхан-Халдун, Богдо-ула, Отгон-Тэнгри и др.), урочища (Дэлюн-Болдок, Хорхонах-джубур и пр.), реки (особенно три реки, в верховьях которых сформировался монгольский этнос: Опои, Керу-лен и Тола), деревья, иногда получавшие эпитет мать-дерево , скалы, минеральные источники (ар-шаны) и т. д. наделялись сверхъестественными качествами благодаря своей необычности, величию, красоте или по случаю произошедших там чудес, а также в связи с важными историческими или легендарными событиями, с имевшими там место подвигами реальных или мифических героев.

Сакральная география Монголии заметно обогатилась благодаря жизни и деятельности Чингисхана. Вообще, фигура верховного правителя сакральна, так как именно она, подобно горе, связывает Небо и Землю, и через нее небесная благая сила изливается на землю, упорядочивая все природные и социальные процессы. Хан рождается по воле Неба (Тэнгри), которое дает ему право властвовать над всей землей Атрибуты ханской власти также са кральны: знамя (наибольшей значи мостью обладали белое знамя, воз-двигаемое по случаю интронизаци: хана, и черное знамя, поднятие которого означало войну), седалише и пр. Чингисхан после смерти бы обожествлен. Сегодня, после не скольких десятилетий запрета, его имя очень популярно в Монголии и места, с ним связанные, отмечены монументами или памятными над иисями. Например, в Хэнтэйском аймаке можно видеть памятники в тех местах, где он родился и где провоз-гласил единое монгольское государ ство, стелу там, где, как считается в 1241 голу было написано Сокровенное сказание монголов — важ нейший первоисточник но эпоху Чингисхана.

Сведения по сакральным географическим объектам Монголии мож но извлечь из шаманских текгтоь В Молитве святому Чингису минаются реки Онон, Керулен, Тела, урочище Делюн-Болдок, горы Тарбагатай, Муна Хан. Сутра почитания и моления Алтаю и Хан-гаю содержит просьбы о даровании здоровья, умножении скота и т. д., обращенные к рекам Или, Иртышу, Кунгей, Завхан, горным системам Алтая и Хангая и др. В других текстах, помимо собственно монгольских святынь, упоминаются Индия, Непал, священная гора Тай-щань в Китае и т. д., что отражает религиозный синкретизм монголов и показывает расширение с конца XVI века пол влиянием буддизма понятия о сакральном.

Значение практически всех сакральных объектов Монголии было переосмыслено в духе буддийского учения. Здесь не было религиозной войны с прежними культами, и па древние святилища никто не посягал. Святилища обретали новых сверхъестественных покровителей, взятых из весьма обширного буддийского пантеона, либо их прежние владельцы обращались ламами в новую веру. Так, хозяином священной Богдо-улы стал Хан-Гарьд, то есть царь птиц Гаруда — непримиримый враг змей индийской мифологии, в свое время тоже принявший буддизм.

В Монголии учтено свыше девятисот буддийских монастырей и кумирен, большинство из которых было разрушено в годы борьбы с религией. Старейший храм — Эрдэни-дзу близ Хар-Хорина основан в 1586 году. Его окружает 108 субурганов. Главным же храмом страны является Гандантэгчинлип в Улан-Баторе. Чаще всего монастыри располагались в живописных местностях, отличающихся к тому же богатством и разнообразием флоры и фауны. Природа вокруг них была неприкосновенной.

Несмотря на то, что сегодня в Монголии декларируется курс па возрождение национальных святынь, внедрение рыночных отношений способствует прагматическому, утилитарному подходу к природе, в том числе к той ее части, которая издревле считалась сакральной. Однако понятие о сакральности отдельных мест сохраняется, и они не включаются в хозяйственное освоение. Многие природные и созданные человеком сакральные объекты активно посещаются паломниками не только из разных частей Монголии, но и из Бурятии. Пользуются известностью Мать-камень в ста километрах к югу от Улан-Батора, Мать-дерево возле поселка Ша-мар недалеко от места впадения Ор-хона в Селенгу и т. д. Подобные объекты в годы атеизма иногда подвергались попыткам разрушения, но народная молва неизменно доносит слухи о несчастьях, постигавших святотатцев.